Санкт-Петербург

НАСЛЕДСТВО

 

Боги распорядились так, что Андрюша родился инвалидом, чахлым созданием, в одном из красивейших мест на земле. Все дома этого курорта смотрят на солнце, потому что с противоположной стороны прилегают к горам.

Море - тёплое, горы не пропускают северный ветер, а тучи, наполненные холодным дождём, остаются лежать на вершинах, не в силах перебраться через них, и, только, облака, плывущие со стороны водной глади, иногда, теряют себя над этой землёй, даря питьё и свежесть пальмам, кипарисам, магнолиям и другой растительности, привыкшей к ласке солнца.

Не счесть число курортников, снимавших комнаты в домике, где Андрюша прожил, почти, 30 лет вместе с бабушкой.

Трогательны отношения старой женщины и внука: тишина, любовь, взаимное уважение.

Люди, знавшие их, заходили выразить почтение бабушке, поговорить.    

В спокойном внимании и благожелательности старой женщины к каждому собеседнику было что-то от Бога или священника, который выслушает, поймёт, нужный совет даст, и успокоит.

Цена её мудрости – высока, с избытком пришлось самой пережить и перечувствовать. Научилась всех и всё понимать и принимать.

Андрюша не ревновал её к многочисленным знакомым, гордился.

Бабушка умерла ночью, тело увезли в больничный морг.

Утром Сашенька сказала, что оформлять документы поедет сама, а Андрюша, немного боком, прихрамывая, подтягивая больную ногу к здоровой пошёл по дорожке к морю до спуска, там, держась здоровой рукой за кусты, и поскальзываясь на камешках, съехал к воде, к сильным тревожным осенним волнам. Курортники, почти все, покинули городок, он оказался один на площадке, огороженной со всех сторон огромными валунами, как будто греческие титаны из мифов вытряхнули над городом мешок с гигантскими камнями, они посыпались в море, и, неожиданно, замерли в своём падении.

На один из них, возвышающийся над водой, сверху плоский, как площадка, бабушка укладывала маленького Андрюшу, чтобы солнышко и тепло нагретого диабаза, о лечебных свойствах этого минерала, знали все в округе, помогли вылечить мальчика от болезни, которая не лечится, ДЦП.

Когда Андрюша увидел, что никого вокруг нет, начал плакать, зачерпывая ладонями прохладную воду и остужая ею лицо.

Мама его в 17 лет получила странную болезнь с названием, более подходящим для стариков, а не для молоденькой девушки, рассеянный склероз.

Родители были против её замужества, молодые не послушали. Отец Андрюши обещал любить жену всю жизнь.

Рожать шла неуверенно, движения раскоординированы. Бабушка, медсестра по образованию, просила врачей сделать кесарево сечение, не допросилась.

Зять познакомился со здоровой женщиной, убежал с ней в большой город, оформил развод.

Когда поняли, что не только молодая мать больна, но и ребёнок тоже, у деда Андрюши случился инсульт.

Бабушка ушла с работы, чтобы выхаживать родственников. На лето семья переехала жить в большой сарай для хозяйственной утвари, а домик сдавали курортникам. На эти деньги жили целый год, отремонтировали внутри сарай, поклеили обои, поставили туалет и тент для кухни и столовой.

Дедушка протянул после инсульта недолго, Андрюша его помнит, только, по фотографиям.  

Болезнь затронула ногу мальчика, немного руку, но голову – нет.

Занятия с утра до вечера, тренировки в зале лечебной физкультуры, и в 7 лет он пошёл с бабушкой в обычную школу, припадая на больную ногу, с ранцем за спиной и букетом цветов для первой учительницы в здоровой руке.

В тот год мама перестала вставать с постели, стала плохо понимать, что происходит вокруг. Хоронили её, когда Андрюша учился в шестом.

Одноклассники его, повзрослев, подрабатывали, продавая на пляже бутылки с питьевой водой, копчёные рыбки, ходили на дискотеки, играли с девочками в любовь. У каждого мечта - чем-то выделиться, и только, у Андрюши – особенная: быть, как все.

Единственное доступное занятие – учёба.

Закончил школу, поступил в институт, заочный. В их посёлке высших учебных заведений не было, жить в общежитии со здоровыми ребятами не мог. После института нашёл работу программиста в энергетической компании.

Появились деньги на следующую реконструкцию сарая – их летней «резиденции», на строительство ещё двух для приезжающих, в сезон отпусков, родственников. Поставили во дворе столовую, летний туалет с душем и стиральной машиной, подключёнными к водопроводу, оплатили ремонт дома, стеклопакеты, приобрели кондиционеры, чтобы сдавать жильё дороже.

Всё стало неплохо, обидной была стена между Андреем и сверстниками, вреда от них нет никакого, просто, смотрят свысока или сочувственно: калека.

Но домик у моря нравиться многим.

Появилась у них Вера, приятная женщина, с, чуть, выставленным вперёд, подбородком, с хорошими формами тела, старше Андрюши лет на десять, с двумя детьми.

- Человек она - неплохой, по всему видно, честный, берётся ухаживать за инвалидом в обмен на возможность жить в доме с ребятишками, - так поняла бабушка, но представляла, как трудно ложиться в постель каждый вечер с нелюбимым и, даже, неприятным человеком.

В совмещённом туалете у них на полу мокро, не всегда получается у Андрюши попасть в унитаз, а когда моется или бреется, вода течёт с локтей, за столом – грязно, ждёт, когда бабушка уберёт, так привык. Рубашка всегда влажная, движение для него - трудная работа, постоянно потеет.

Заметила бабушка тяжёлый взгляд Веры в сторону внука, вместо того, чтобы идти спать, сидит она до ночи перед телевизором и бесконечно разговаривает со старухой, раздражается на детей по пустякам.

- Уходи от нас, - сказала бабушка, - зачем тебе мучиться, не сможешь ты с Андрюшей жить, уходи сейчас утром, пока его дома нет.

- Спасибо, - поцеловала её Вера, - простите, с Вами мне было хорошо, спасибо. Собрала вещи, уехала с детьми.

Оскалом в лицо Андрюши смотрела его инвалидность, женщина ушла не простившись, на работе другим поднимали зарплату, а ему – нет, итак, мол, никуда не денется.

Обиделся, подал заявление на увольнение. Потерял работу, а найти её в курортном городке не просто, искать негде. 

Сидел дома, чувства, желания, знания и способности есть, а выразить или применить их не может.

Бабушкино окно в мир - телевизор, а его компьютер и интернет - это и есть сам мир, где живут, любят, думают и трудятся. Там он не особенный, а, «как все».

Просматривал сайты с вакансиями, предложили работу в 15 километрах от посёлка, нужно ехать на автобусе, до остановки идти в гору минут десять. Место достойное: на крупном складе винзавода обеспечивать работу компьютеров и сети, зарплата не большая, но и не крохотная.   

Количество контактов в Скайпе Андрюши – несколько экранов монитора. Знакомился, писал, говорил, слушал. После Веры, женщина не была для него непостижимой загадкой, недостижимой целью, надеялся найти свою.

Лица не показывал, стеснялся того, что полноват и бледен, потому что мало двигается и не любит выходить на солнце.

Отыскал.

У Сашеньки, так звали девочку, вернее, женщину двадцати пяти лет – сынок, Максимка, ему – шесть.

Чем отличались письма и разговоры с ней от других, Андрюше объяснить трудно, но это были те слова, которые он хотел слышать. С каждым днём понимал её лучше и поверил, что не грязный, с ядовитым воздухом и высохшими озёрами, казахский посёлок хочет сменить она на черноморский курорт, а быть рядом с ним, Андрюшей.

- Только Саша, или никогда не женюсь, - сказал он бабушке, когда попросил у семейного держателя кассы деньги на авиабилеты для невесты и её сына, фантастически большую сумму, потому что сначала следовало лететь из Казахстана в Москву, а оттуда, уже, к ним.

Знакомиться с Андрюшей без сына Саша не хотела. Не понимая, как сложатся отношения Максимки и Андрюши, на замужество не решилась бы.

Деньги послали, всю сумму. Бабушка не исключала, что на этом любовь незнакомки к внуку и закончится, но гости приехали.

Полненькая кругленькая девочка с вздёрнутым носиком, чёрные вьющиеся волосы, густые брови, глаза серые, в тёмных загибающихся ресницах, смотрят так доверчиво, что обмануть их нельзя.

Нашлись, однако, кто обманул: отец Максимки на ней не женился, а второй парень, её муж, обещал «рай», но пил и дрался. Ушла от него, когда ударил мальчика. Всё это Саша рассказала честно.

- Что ты любишь? – спросил Андрюша у ребёнка, чтобы завязать разговор.

- Докторскую колбасу, - получил ответ от худенького беленького мальчика, с прямыми волосами, не похожего на мать.

Бабушка заспешила в магазин, принесла полкило, весь этот кусок и отдали ребёнку.

Мальчик ел бутерброды, запивая чаем, солидно и сосредоточенно, как мужичок, потом пошёл погулять и пропал.

Во дворе дома его не было, искали, вернулся сам через некоторое время. Подошёл к Андрюше, разжал кулачок.

- Смотри, это самые красивые камешки, которые были около моря, я их для тебя собрал, как мне тебя называть?

- Папа, - ответил Андрей.

Гости пробыли месяца три, перед отъездом Андрюша и Сашенька заключили брак.

Прошло длительное, для молодого супруга, время улаживания дел в Казахстане, и Сашенька перебралась к мужу насовсем.

Хозяйская хватка её, не городской девицы, - счастье для бабушки и внука: перестирала всё бельё, вымыла и убрала комнаты в домике и в сараях, посадила цветы во дворе и виноград в заросшем, прежде, садике. Переставила мебель, выбросила ненужные вещи, до которых у бабушки не доходили руки, купила новые шторы и посуду. Максимка пошёл в первый класс.

Андрей чувствовал себя счастливым. Бабушка ждала, что будет, когда пройдёт время.

На полу в туалете, по-прежнему, мокро, не войти, сел Андрей за стол, всё перед ним поставили, съел, пошёл к компьютеру, за ним убрали. Спина мокрая, меняет три - четыре рубашки в день.

Вместо того, чтобы позаниматься с Максимкой уроками, играют в «стрелялки» или в «гонки на автомобиле». Два ребёнка.

- Хороший человек, но не мужчина, - нервничает Сашенька, - всплакнула, бабушке пожаловалась, - не ударит, конечно, и не обматерит, но тяжело с ним.

Бабушка выпила таблетку от давления и пошла в свой сарай. Андрюша зашёл, спросить, что случилось.

- Не очень хорошо себя чувствую, принеси мне чаю, - объяснять или обсуждать в их ситуации нечего.

- На сколько хватит её терпения? – спрашивает себя старая женщина.

Забеспокоился Андрей, что Сашеньке не комфортно. Понял, договорились: после обеда грязную посуду со стола будет убирать он, берётся развешивать постиранное бельё на верёвки во дворе и мыть стеклопакеты, для этого специальное приспособление купил, после посещения туалета, обещал за собой вытирать и готовить с Максимкой уроки.

Пришла соседка на чай с пирожками, сидят за столом, разговаривают. Андрей начал собирать посуду, прихрамывая, относить её в кухню.

- Что это с ним? – удивилась соседка.

- Я из него мужчину делаю, - шёпотом ответила, гордая собой, Сашенька.

Заскочил к ним одноклассник, который раньше «промышлял» мелкой торговлей. Времена изменились, на пляже и в парке - ларьки с водой, палатки с сувенирами принадлежат одному хозяину.

- Устрой к себе на склад вина, - просит приятель.

- У нас все работы компьютеризированы.

- Так, позанимайся со мной.

- Закончи курсы, а лучше в институт поступи, времени нет, я теперь человек семейный.

Сашенька слышит разговор и думает:

- Какой, всё-таки, у меня умный муж.

Четырнадцатый год - грандиозное событие, не только в жизни Андрюши, бабушки и Саши, но и всех жителей «печальной Тавриды» с проваливающимися дорогами, разрушающимися домами, сгнившими водопроводными трубами, закрытыми пляжами. Вернулись на родину.

Не уверенные в том, что счастье это -  навсегда, часов с пяти утра жители посёлка встали в очередь, чтобы успеть получить российский паспорт.

Зарплата Андрюши не увеличилась после изменения гражданства, а пенсия бабушки выросла в несколько раз.

Борьба за внука, за поддержание дома в состоянии, годном для сдачи в аренду перестала быть такой острой. Бабушка сдалась, ослабла. С новой хозяйкой соревноваться бессмысленно, денег стало больше, чувствует: есть кому позаботиться об Андрюше.

Сашенька попробовала торговать в палатке, вытеснили, готовить чебуреки, ушла сама, хозяйка платит мало, а работа тяжёлая: когда жарко, в ларьке на продохнуть. Устроилась няней в детский садик.

У бабушки, по-прежнему, каждый день гости: соседи, родственники и бывшие дачники. Говорит с ними бабушка подолгу, но теперь она, сама, нуждается в совете, один вопрос тревожит: как распорядиться наследством.

Не один у неё Андрюша, есть ещё сын, Валера, старше умершей дочери. Этому «мальчику» - за пятьдесят и он - её наследник первой очереди, не внук.

Валера служил в армии под Москвой, женился, остался жить в столице, приезжает к матери каждый сентябрь.

- Ни копейки из дома не взял, - повторяет себе старая женщина, - не могу его обидеть.

Годам к тридцати сын запил, жена помучилась несколько лет и выгнала. Ушёл не споря, в двухкомнатной квартире, которая принадлежала бывшей жене, осталась его дочь.

Уехал к приятелю в Подмосковье, в старый дом, пить, чтобы никто им не мешал.

Там обнаружила его хозяйка соседнего участка, Таня, привела в чувство, хорошо покормила и велела за еду помогать ей в доме, деньги к этому моменту, как раз, закончились.

Так он и начал новую жизнь, женился вторично. При упоминании о водке, глаза женщины сужаются, а ноздри, наоборот, расширяются, и, как-то не хочется ему спорить или нарушать устоявшийся покой. Вернулся к работе шофёром.

Затеяла жена стройку, он не спорил, покупал материалы и строил дом, по соседству, для её детей. 

Трудится Таня в Москве, в СЭС, ездит каждый день бороться с клопами, тараканами, муравьями, мышами и крысами.

Бабушке Таня не очень понравилась, лицо интересное, но, грубоватое, как памятник вырубленный из камня, широкоплечая, походка тяжёлая, идёт, будто, давит ступнями мышей или тараканов. Бабушка, даже, им посочувствовала. К окружающим обращается свысока. Но женщина заставила сына бросить пить и этого факта достаточно, чтобы быть ей благодарной.

Приезжала семья сына на машине, большая экономия на авиабилетах. Дочь Тани с её мужем и ребёнком поместили не в сарай, а в большую комнату, в доме, отказав дачником.

За глаза жена сына называла Андрюшу не по имени, а, только, инвалидом, подчёркивая, что ей «в будущем» придётся взять на себя уход за ним. Бабушка вздрагивала или вздыхала.

Когда появилась Саша, Таня закатила скандал, кричала, что бескорыстно с инвалидом жить никто не согласится, что Саша приехала ради дома и участка в курортном городке, хотя сама она вышла замуж за алкоголика и никто ей претензий не предъявлял.

Снова, проклятое слово «инвалид». Бабушка тоже сомневалась, не знала, как относиться к женитьбе внука.

- Так, я инвалидность не оформлял, с ней на работу устроиться сложнее, - оправдывался растерянно Андрюша, привык к тихому бытию, которое будоражила жена дяди, а Сашенька оказалась не из шумливых.

После отъезда москвичей бабушка задумалась ещё сильнее, Саша Таню возненавидела, а у Андрея - много работы, постарался забыть осенний наскок родственников.

Приезжала к бабушке и дочь сына от первого брака, такая же внучка, как Андрюша со своим сыночком, правнуком.  Она, тоже, не ладила с мужем и нуждалась в жилье. Такая же внучка, но не совсем. Видела её старая женщина один месяц в два года, не чаще, а Андрюшу поднимала сама, никто не помогал, да и к здоровью у внучки претензий нет.

Каждый год, с весны до поздней осени, жила в домике сестра бабушки, Галя, младше её лет на двадцать, прилетала из Сибири, работала в кафе на берегу моря и помогала убирать в доме, в промежутках между заездами курортников, когда Сашеньки ещё не было у Андрюши. 

Ей, единственной из родственников, предоставлялся в доме маленький чуланчик с окном во двор и выходом в кухню.

Она тоже считала, что бабушка Андрея «избаловала», мог бы сам убирать за собой. «Интернет в сарай тянул, не сломался».

Бабушка молчала, внук, единственный в семье, имел высшее образование, этого они добились вместе. Не сообразила или не успела научить бытовым вещам.

Галя говорила всем:

- Не может родная сестра не оставить мне в наследство кусочек дома, знает же, как устала я от жизни в холоде, как хочу перебраться навсегда из Сибири на курорт.

Бабушке передавали «намёки».

Наверху, в горах, жил племянник, Олег, сын умершей средней сестры. Они с женой мечтали о части дома или, хотя бы, сада, чтобы поставить там избушку, тоже, зарабатывать на дачниках. Племянник помогал с ремонтами, но за это ему платили.

Кроме Олега, у средней сестры была ещё дочь, Света, ловкая женщина, лет сорока пяти, вышедшая замуж за этнического немца и иммигрировавшая с ним в Германию.

Она приезжала не в горы, к родному брату, а к бабушке на курорт, выказывая любовь и невообразимую заботу. Для неё выделяли один из сараев со скромной обстановкой внутри. Как родственница, она не платила ни копейки.

Бабушка терялась, когда та постоянно вскакивала, стремилась подать ей то чашку чая, то салфетку, кидалась к окну, вскрикивая, что «надует», хотя простудами бабушка никогда не страдала, пыталась массажировать ей суставы и позвоночник. Если слушала бабушку, улыбалась, приоткрывая рот с металлокерамикой жемчужного оттенка и, слегка, лязгала зубами, как делает кошка при виде добычи, которую ей не достать.

Бабушка опасалась её даже больше, чем прямолинейной отравительницы мышей и тараканов.

Ещё, среди претендентов на наследство, не очень активных, слабых, тем и сильных, была «несчастная» соседка из коммунального дома неподалёку от их участка, Нюша, младше бабушки лет на десять. Она приходила, всегда перед обедом, плакала, что мало денег, жаловалась на дочь, которая гонит её из дома, ела с аппетитом, и исчезала до следующего полдня. Бабушка сочувствовала ей и думала о том, как пойти навстречу, поселить «бедную женщину» у них, в одном из сараев.

Столько претендентов, хоть разорви домик с тремя строениями, кухней под навесом и садиком.

Как поступить, чтобы никого не обидеть?

Кто они, жёны Андрюши и сына? Любят ли мужей? Не воспользуются ли их собственностью, а потом бросят? Один – инвалид, второй – бывший алкоголик и каждую минуту грозит «сорваться».

Сколько осталось у неё времени, чтобы всё понять?

Тикают часы, когда перевалило за восемьдесят, как звуки метронома. Успеет ли?

Вызывали нотариуса несколько раз.

На третий день после смерти, по христианскому обычаю, собрались соседи и родственники хоронить, приехал Валера с женой и дочерью, (спешил, почти, двое суток за рулём), сестра прилетела из Сибири, Света - из Германии.

Упокоилась старушка на кладбище, рядом с мужем, дедом Андрея, и его мамой. Дома Сашенька приготовила кутью, блины и кисель, говорили много, известным в посёлке и замечательным человеком была бабушка. Никто не уехал после похорон, остались ждать девятого дня.

Он наступил. Посетили кладбище. Снова, Сашенька готовила стол для поминок.

Напряжение было заметно. Все ждали вопроса, оглядывались друг на друга, кто первый начнёт. Наконец, боевая воительница с клопами произнесла:

- Завтра мы уезжаем, скажи Андрей, какое бабушка оставила завещание.

Валера, муж её, сидел, внутренне, сжавшись. Он не имел воли, раньше принадлежал спиртосодержащей продукции, теперь - Тане, скорбел о маме и очень боялся скандала. 

Андрюша пил водку несколько дней, неожиданно для всех и его жены. Запавшие глаза. Бабушка была его частью, часть эта умерла.

- Завещание? – не понял сразу, тёмный от горя, человек, - нет завещания.

«Немая сцена». Глаза расширены от удивления или разочарования. Столько раз приглашали нотариуса. Спятила под конец жизни старушка.

- Значит так, - произнесла жена Валеры, - стало быть, мы - наследники, тебе Андрей, одну комнату, конечно, оставим, это и есть твоя треть, Сашка пусть выметается отсюда в свой Казахстан.

- Почему одну? – не понял Андрюша, - бабушка за несколько месяцев до смерти подарила мне всё, что имела, ей нотариус посоветовал, сказал, что, иначе, замучают друг друга претенденты судами. Одну комнату она просила оставить за тобой, дядя Валера. Но нам это, и без её просьбы, ясно.

Татьяна метнулась рвать волосы на Сашенькиной голове, впала в истерику или бешенство, Андрей растерялся, родственники принялись их разнимать, кто-то из соседей вызывал полицию.

Можно догадываться, как разговаривала с представителями закона мастер дератизации и дезинфекции из пригорода Москвы с замашками столичного бомонда. Служители закона появились вторично, объяснили, что подходить Татьяне к дому запрещено. Валера и его дочь собрали вещи и поехали за Таней в «кутузку», а потом в Москву.

Больше конфликтов между родственниками не было.

Максимку перевели учиться в казачье училище, в большом городе. Сашенька надеется, что там из него вырастят настоящего мужчину. Родители, почти, каждую неделю ездят к сыну.  Изучают вместе историю казачества, быт, традиции, участвуют в праздниках.

Андрей вступил в партию «Единая Россия», принимает активное участие в жизни завода, теперь у государственного предприятия появились «перспективы», надеется, что не осмелятся лишить его работы из-за инвалидности, которую не оформлял, но всем она, слишком, заметна.

- Забеременеть шансов нет, - поняла Саша, прожив с мужем несколько лет.

Приняли решение делать «эко» или усыновить девочку, назвать её именем «Валя», как бабушку.

Приезжают родственники, все, кроме Тани, заходят соседи, но реже. Для того, чтобы так, как бабушка, любить людей, выслушать каждого и понять, наследники её ещё, слишком, молоды.

Курортникам жильё не сдают, в домике всего три комнаты: кухня - столовая, кабинет для Андрюши, спальня плюс чуланчик для Максимки. Работают, хотят жить «по-людски». Не отказывают в жилье, только, хорошим знакомым.

В углу кабинета Андрея, под иконой Спасителя висит портрет бабушки в рамке, увеличенный с маленького фото. Ещё в детстве, она учила внука не держать зла, трудиться, не сдаваться, верить в себя и просить поддержки у Бога, он молится Ему и Ей. 

 

         
    Заполните обязательное поле
    Введите код с картинки
    Необходимо согласие на обработку персональных данных